Официальный сайт
    
Главная
Новости
Статьи
Проекты/планы
Контакты
Радиостанция Свободный голос
Сайт общественного движения Зеленый Крест СПб
Социальный пресс-клуб
   <- назад


03.08.13

НЕВСКОЕ ВРЕМЯ:
Крах муравейника

Тоталитарно организованный социум в сравнении со всеми другими моделями общественного устройства наиболее уязвим. Причём настолько, что разрушить его может в буквальном смысле слова один-единственный человек.


Кто из нас не видел в лесу большой муравейник лесных рыжих муравьёв? Там всё монополизировано. Действует монополия на труд: муравьи работают, куда пошлют, и время от времени, подчиняясь приказам, перебрасываются «с должности на должность».

Есть и монополия на пищу – рабочий муравей не может питаться самостоятельно. Он получает приготовленную еду из зоба «старшего». В одиночестве муравей гибнет от голода.

Имеется и своё «министерство правды» – «царица»-матка вырабатывает определённый фермент, разносимый муравьями друг к другу, благодаря чему всё население муравейника знает о здоровье «царицы» и состоянии дел в муравейнике.

Муравьёв-фуражиров, несколько раз вернувшихся без добычи, съедают. Об инвалидах заботятся. Мёртвых хоронят. В качестве коров муравьи используют тлей и других насекомых, заботясь о них. Не надеясь только на охоту и животноводство, в глубине своего дома-страны заводят плантации съедобных грибов…

Социалистическая утопия, над созданием которой в поте лица трудились большевистские фанатики и о которой до сих пор у нас многие так мечтают, – модель любого муравейника. Правда, некоторые, южные, виды муравьёв обращают другие виды в рабство, но это надо списать исключительно на издержки «национального» характера.

Так для чего же создано это довольно сложное социальное устройство со своей псевдолабильностью, кастовостью, принудительным трудом, армией и полицией? Только для того, чтобы муравейник функционировал и в своё время дал жизнь десятку новых муравейников. Изо дня в день, из года в год, из тысячелетия в тысячелетие…

Но вот ветром на муравейник заносит маленького жучка, раза в полтора меньше муравья. Первого же подошедшего фуражира жучок останавливает и выгибается, будто предлагает впиться ему в брюшко. Через пару секунд муравей тихо отходит и переживает новый жизненный опыт. Он получил микроскопические капли выделений ломехузы (так зовут жучка), действующие на муравьёв, словно наркотик. Муравью, бесправному пахарю, стало наконец-то хорошо. Ежедневный труд, страшные жвалы полицейских, готовых наказать нерадивого работника, весь этот обрыдлый муравейник – всё куда-то растворилось и исчезло под действием капли нектара из заветного брюшка. Теперь он обречён постоянно возвращаться к ломехузе за новыми порциями забытья – и, кстати, приносить ей корм.

Между тем ломехуза спускается всё ниже, заползает в подкупольную камеру и откладывает яйца вместе с муравьиными. Появившиеся из яиц личинки уже умеют выделять наркотик, поэтому муравьи заботятся о них, как о своём потомстве. Постепенно ломехуз становится всё больше. Но пока муравейник не испытывает нехватки продовольствия.

Рабочие муравьи – те же самки. Каждая могла бы стать царицей, да вот не повезло. Но тут, видимо под действием наркотика, у нового муравьиного поколения развивается странная патология – грудная часть у них несколько увеличивается, и с виду они представляют нечто среднее между рабочим муравьём и самкой. Правда, они не хотят работать. Сидеть в офисе, подавать кофе, отвечать на звонки – ещё куда ни шло… Но такого рода деятельность в муравейнике не востребована. Учёные называют таких особей псевдоэргатами – «будто бы рабочими». Так в муравейнике начинается массовый бунт, который выливается, как и во всех тоталитарных обществах, в тихий саботаж и расхищение общемуравьиной собственности…

Но муравьиный тоталитаризм не подлежит перестройке. Все личинки «царицы» съедены голодающими солдатами-наркоманами, муравейник гибнет, псевдоэргаты, так и не осуществив своих надежд, умирают с голоду, а ломехузы ползут себе дальше, благо новый муравейник – вот он.

…Какова же мораль всей этой грустной истории? Миллионам рабочих муравьёв-обывателей, не достигших власти, тоже хочется удовольствий, богатства, влияния – того, с чем они ассоциируют власть. Они и станут опорой, источником ресурсов для любого, кто, появившись в муравейнике, провозгласит цель, отличную от сохранения «застоя». Разумеется, если тоталитарные структуры вовремя не уничтожат смутьяна. Но зачастую это бывает нелегко…

Цель ломехузы – захватить муравейник, – конечно, нельзя назвать благородной. Но это цель, подразумевающая изменения. А тоталитаризм считает единственной целью для общества сохранение нынешнего положения вещей – порядок, в котором раз и навсегда установлена всеобщая регламентация и железно сохраняется неизменность общего статус-кво. Этот порядок не имеет никаких целей, кроме сохранения самого себя. Именно поэтому тоталитарное общество оказывается беззащитным против ломехуз. Ведь противопоставить смыслу можно только иной смысл, но никак не бессмыслицу вечного застоя.

// Юрий Шевчук, председатель Северо-Западного отделения Международного Зелёного Креста
Подробнее
   <- назад
Санкт-Петербург, 2010 год.